У кого были панические атаки

У кого были панические атаки

Дыхательные практики, четкие действия и любимый блокнот под рукой — составили список из простых рекомендаций, которые помогут пережить паническую атаку.

Что такое паническая атака?

Прежде чем бороться с панической атакой, стоит лучше понять, что это такое. Панической атакой называют состояние, когда человек испытывает сильный и беспричинный страх. При этом контролю такие эмоции почти не поддаются. Страх вызывает в организме целую цепочку реакций: учащается сердцебиение, повышается давление, не хватает воздуха. Ноги становятся «ватными», появляется дрожь и озноб, во рту пересыхает, а способность концентрироваться на чем-то резко снижается. Также у некоторых людей возникает ощущение скорой смерти, и это дополнительно усиливает приступ панической атаки. Длиться такое состояние может всего несколько минут, а может — целые часы.

Панические атаки существенно снижают качество жизни и в ряде случаев — если проблемой не заниматься — приводят к достаточно тяжелым последствиям, например к агорафобии. Также панические атаки нередко вызывают появление различных зависимостей — никотиновой, алкогольной, наркотической. С помощью них человек старается снять накопившийся стресс, однако со временем подобные «лекарства» действуют всё слабее, а вот панические атаки снова усиливаются. Именно поэтому так важно вовремя обратиться к специалисту. Если за год вы несколько раз испытывали панические атаки, то стоит записаться на прием к профессионалу — психологу, психотерапевту или психиатру (в зависимости от тяжести ситуации).

Кто подвержен паническим атакам?

Паническая атака может случиться у каждого человека. Однако есть и особые «группы риска». Больше других людей опасаться ее стоит жителям крупных городов, где ежедневный стресс перегружает нервную систему. Считается, что порядка 5 % обитателей мегаполисов подвержены паническим атакам. Также в «группу риска» входят люди с так называемым катастрофическим мышлением. Обладатели подобного типа мышления склонны к драматизму и преувеличениям — даже незначительная проблема в их глазах вырастает до размера апокалипсиса. Нередко паническим атакам подвержены люди с тревожными расстройствами, социофобией или с обостренной эмоциональной восприимчивостью.

Триггером для таких атак может послужить серьезное переутомление или ожидание важного события. Нельзя забывать и о том, что подобное состояние возникает в том числе и вследствие различных психологических травм. Вовсе не обязательно, чтобы травмирующее событие произошло недавно — психика не всегда «оперативно» реагирует на случившееся, так что паническая атака может быть результатом какой-то тяжелой и не проработанной детской травмы.

Что такое утренние и ночные панические атаки?

Панические атаки могут случаться не только на улице, в незнакомых и людных местах, но даже дома. Обычно это происходит ночью или днем. Такой вид панических атак характерен для людей с высоким уровнем самоконтроля и дисциплины. В дневные часы тратится много сил на поддержание внешнего спокойствия и благообразности, а вот ночью, когда самоконтроль ослабевает, стресс словно бы «нагоняет» организм и обрушивается на него. Результатом становится не только бессонница, но и настоящая паника, когда ужас вызывают и собственные стены, и знакомые предметы мебели, и даже партнер, лежащий рядом. То же самое касается и утренних панических атак. Правда, здесь начинает работать и другой механизм. Если подсознательно у человека поход на работу (или просто путь до нее) вызывает сильные переживания и неприятные эмоции, то звонок будильника может стать своеобразным триггером для запуска панической атаки.

Что делать в момент панической атаки? 5 полезных советов

1. Самое главное при панической атаке — и одновременно самое сложное — отвлечься от испытываемого ужаса. И для этого все средства хороши. Если вы любите играть в игры на смартфоне — скорее запускайте самую любимую из них. Также можно постараться почитать книгу, включить музыку в наушниках, начать записывать в дневник свои ощущения, заняться устным счетом. Любое из этих действий требует концентрации внимания, а значит, ослабляет паническую атаку. Однако беда в том, что как раз сконцентрироваться в такой ситуации очень трудно, и это потребует от вас больших усилий.

2. Помимо того, что нужно придумать занятие для мозга, неплохо и весь остальной организм — все прочие чувства — занять чем-нибудь. Например, можно перебирать четки, чтобы тактильные ощущения отвлекли от панической атаки, или положить в рот леденец и задействовать вкусовые рецепторы. Также психологи советуют массировать мочки ушей, сжимать и разжимать ладони — это даст работу мышцам и поможет вновь «ощутить» свое тело.

3. Также не лишним будет иметь под рукой бутылку воды. Во время панической атаки нередко становится душно, ощущается острая нехватка кислорода, и несколько глотков воды хотя бы отчасти решат эти проблемы.

4. Отдельно стоит сказать о пользе работы с дыханием. Паническая атака вызывает учащение сердцебиения, что, в свою очередь, дополнительно усиливает страх и создает дискомфорт. Унять свое «взбесившееся» сердце можно разными способами. Один из самых простых — нормализовать дыхание. При первых приступах паники начинайте дышать по тактам: четыре на вдох, четыре — на задержку дыхания и четыре — на выдох.

5. Неплохим помощником в деле обуздания панической атаки станет приложение «АнтиПаника» (Android, iOS), которое несколько лет назад выпустили российские разработчики. Там есть и полезная информация о самих панических атаках, и дыхательные упражнения, и так называемые совладающие карточки, которые помогут снизить уровень тревоги.

В разгар пандемии коронавируса важнее всего сохранять голову холодной, а психику — стабильной. В связи с этим вспоминаем историю с оптимистичным финалом — о том, как девушке удалось победить панические атаки.

Каждый сотый человек на планете подвержен паническим атакам и хронической тревоге. Однако страх – не приговор: паническое расстройство можно победить.

Моя история началась с банальной тревоги. На душе часто бывало неспокойно: будто случилось что-то плохое, а мне не сообщают. Сердце колотилось без причины, в горле стоял ком, в глазах – слезы. Куда бежать? Естественно, к врачу. Кардиолог не обнаружил ничего серьезного: сказал купить тонометр и ежедневно контролировать давление. Но, когда я выполняла эту незатейливую процедуру, внутри начинался жуткий мандраж, и показатели на мониторе взлетали. Тогда я, типичный представитель поколения трудоголиков, решила с головой уйти в работу. Бесконечные командировки, отели и встречи не пошли на пользу. В одно прекрасное утро я позвонила мужу в панике, что умираю. За минуту до этого я нежилась на теплой перине, как вдруг почувствовала, что задыхаюсь. Пульс зашкаливал, тело била дрожь, мысли путались. «Неужели это конец? Мне только 27.

Но замертво я почему-то не падала. Примчалась «скорая». Вкололи успокоительное, чтобы я смогла поспать. На следующий день приступ повторился с такой же силой, а за ним — каскадом — еще один и еще. Каждый раз казалось, что я на краю могилы. «Неотложка» приезжала вновь и вновь, пока дежурный врач не попросила прекратить ее вызывать — и обратиться к невропатологу.

«У вас типичный вегетативный криз, – специалист по нервам принимал меня впопыхах. — Выписываю больничный и три вида препаратов. Без антидепрессантов и транквилизаторов не обойтись». Я послушно приняла все таблетки. Тревога ушла. А вместе с ней — и остальные чувства. Будто меня ударили по голове. Как выяснилось, одно из лекарств было запрещенным в Европе. Между состоянием овоща и «регулярным умиранием» я выбрала второе, отправив последние достижения фармакологии в мусорное ведро.

Было ясно, что моя нервная система дала нешуточный сбой. И что самое интересное – страх возможного приступа был намного страшнее, чем сам приступ. Я жила в режиме ожидания, плохо спала, почти не могла есть и, как следствие, не выходила из дома. Казалось, я схожу с ума. Больничный не на шутку затянулся. За это время я успела съездить к популярному в Киеве рефлексотерапевту. Прямо в разгаре сеанса начала задыхаться. Пришлось прекратить исцеление. Гуру акупунктуры пожал плечами и посоветовал проверить сосуды головного мозга.

В тот момент я была готова на все, лишь бы выяснить причину кошмарных недомоганий: и на выкатывание яйцом, и на исследование Доплера. Совершенно случайно в беседе коллега вспомнила о телесно-ориентированной психотерапии, вернее об одном из ее направлений – танатотерапии, которая помогла ее бойфренду избавиться от тревожного расстройства.

Мне было сложно представить, что я без тени смущения изливаю душу перед чужим человеком, делающим пометки в блокноте. Но моя жизнь превратилась в ад, и хотелось поскорее из него выбраться. Оказалось, на сеансах танатотерапии не надо много говорить. Вербальное общение заменяет взаимодействие с телом. Оказывается, в теле «отпечатываются» все душевные переживания, происходящие с раннего детства. Любая эмоция, которую человек по какой-то причине запретил себе чувствовать, влечет телесный зажим. Современные люди так сконцентрированы на интеллекте и оторваны от телесного, что не замечают блоков. А те с годами превращаются в своеобразный мышечный панцирь (психоаналитик Вильгельм Райх, ученик Фрейда, называл его «панцирем характера»). Работая исключительно с телом, танатотерапевт убирает зажимы, «вытаскивая» старую травму из подсознания и высвобождая истинные чувства.

На первую сессию я шла в состоянии натянутой струны. «От панических атак не умер ни один человек, – обнадежил меня танатотерапевт Игорь Дузенко. – И нет, вы не сошли с ума. Это невроз, и в психоз он не перерастает». Стоит ли говорить, что эти фразы стали моими спасительными мантрами?

Первое, что нужно было сделать, – это прервать цепочку «страх – адреналин – страх», державшую меня в капкане тревоги. Доктор объяснил, что во время панической атаки выделяется внушительная доза адреналина, провоцирующая тахикардию, частое, поверхностное дыхание и прочие симптомы. Природа придумала такую схему мобилизации ресурсов организма, чтобы первобытный человек смог вступить в схватку с диким зверем или спастись бегством. По иронии судьбы механизмы, которые помогали выжить в песках древней Африки, в современном городе работают с точностью до наоборот. На меня страх действовал парализующе: сложно было просто встать, не то что рвануть спринт. В этой ситуации единственный способ избавиться от адреналина – правильное дыхание. Запуская в работу мышцы диафрагмы, можно «сжечь» гормон стресса. Техника дыхания проста: положить руку на живот, вдохнуть на 3-4 счета, задержать дыхание на 1-2, выдыхать максимально долго – на 5-6. Этот урок я усвоила. Осталось узнать, какой триггер запускает панику. Кто этот невидимый дикий зверь?

Читайте также:  Тошнит от кларитромицина

Мы перешли к основной части сеанса – так называемому «заземлению». Дословно «танатотерапия» переводится как «лечение смертью». Если абстрагироваться от веры, морали и искусства, то смерть для человека – это абсолютная потеря контроля над телом. Танатотерапевт полностью расслабляет клиента, как бы моделируя его смерть. В этом состоянии, похожем на транс, можно беспрепятственно добраться до вытесненных в подсознание травматичных моментов.

Я прямо в одежде легла на ковер, закрыла глаза; зазвучала музыка. Доктор коснулся моих стоп. Затем на несколько миллиметров сдвинул одну ногу, повернул другую, приподнял руку. Это не было похоже ни на одну известную мне мануальную технику. Прикосновения были едва ощутимыми, «гомеопатическими». Сеанс закончился; я медленно вернулась в реальность и впервые за долгое время почувствовала покой – полный штиль после изматывающего шторма. Захотелось супа, — и это было прекрасно.

Наши первые сессии были направлены только на релаксацию. Паника стала атаковать все реже и не застигала врасплох. Я старалась концентрироваться на дыхании, и это помогало. Вечерами я заходила на форум, где люди с аналогичными проблемами делились наболевшим. Многие были на медикаментозном лечении, но мне врач прописал только натуральные седативные препараты и успокаивающие травяные чаи. Перед сном я перестала смотреть сериалы, чтобы не перегружать нервную систему, но стала слушать аудиокниги. Они действовали не хуже транквилизаторов.

Чтобы заново научиться «дышать животом»: глубоко, ровно, как в младенчестве, — занялась йогой. Инструктор приходила ко мне домой (в группе я бы чувствовала себя неуютно). Удивительно было узнать, что скованные хроническим страхом невротики почти не дышат — на всякий случай. Как бы чего не вышло. Физиологичное дыхание открывает доступ к чувствам, которые страдающий подсознательно притупляет, потому что «нельзя», «некрасиво», «некультурно», «не положено» и далее по установкам. Отсюда слабость, головокружение, тошнота, «ватные ноги» и другие проявления дистонии.

В ходе последующей терапии мы отыскали моего «дикого зверя». Им оказался гнев, который я блокировала десятилетиями. Например, кто-то делал мне плохо, а вместо демонстрации ярости – крика, удара или устрашающего взгляда – я отворачивалась, глотая обиду. Даже про себя не поносила обидчика на чем свет стоит. То есть вообще запретила себе хоть как-то выражать агрессию. «Когда энергетического ресурса человека недостаточно, чтобы сдерживать подавленное чувство ярости, и если оно сильнее личности, то рано или поздно прорывается наружу в виде истерических приступов, бессознательной тревоги, панических атак и психосоматических нарушений гастроэнтерологического типа», – объясняет кандидат психологических наук, автор метода эмоционально-образной терапии Николай Линде. – Непрожитый гнев часто приводит к повышению артериального давления, способствует развитию язвенной болезни, перенапряжению мышц». Пришлось возвращать базовую эмоцию на законное место и учиться правильно злиться. Стало намного легче. Но мы не остановились на достигнутом. Я встретилась со страхами из детства лицом к лицу, пережила их заново, простила всех «соучастников», пожалела себя маленькую и отпустила болезненный опыт. Душевное равновесие было восстановлено. И знаете, спустя четыре года полноценной жизни без приступов я рада, что прошла через это испытание. Оно сделало меня другим человеком – более зрелым и осознанным.

Ганцева И.П.

Патологическая тревога стала вычленяться в ряду психических расстройств в начале девятнадцатого века, что по времени совпадает с индустриализацией и редукцией уровня опасности в обществе. До этого тревога не воспринималась как собственно заболевание, а скорее как социальный стресс и/или причина психических болезней. Еще в 1917 году Freud обратил внимание на клинические различия “свободно-плавающей тревоги” и предложил выделять “тревогу ожидания”, “фобическую тревогу” или тревогу, которая возникает только в определенных случаях, и “тревожные атаки”. Его описание “тревожных атак” послужило базисом для клинического выделения тревожных состояний, называемых сегодня “паническими атаками”. Начиная с 70-80 годов двадцатого столетия эта патология стала одним из наиболее узнаваемых тревожных расстройств.

Диагностика и клиническая феноменология панической атаки

Паническая атака – уникальный комплекс симптомов, характеризующийся пароксизмальной тревогой, который невозможно спутать с другими психическими феноменами. Диагностика панической атаки не вызывает затруднений. Однократно возникшая паническая атака не может рассматриваться с позиции болезни. Существует представление, что большинство людей при определенных обстоятельствах переживают этот драматический феномен хотя бы один раз в своей жизни. В этом случае ПА представляет собой физиологический ответ на эмоциональный стресс. Но чаще всего врачи сталкиваются с феноменом ПА в рамках панического расстройства. Паническая атака характеризуется пароксизмальным страхом (часто сопровождавшимся чувством неминуемой гибели) или тревогой и/ или ощущением внутреннего напряжения в сочетании с четырьмя или более следующих паникоассоциированнных симптомов:

  1. пульсация, сильное сердцебиение, учащенный пульс;
  2. потливость;
  3. озноб, тремор, ощущение внутренней дрожи;
  4. ощущение нехватки воздуха, одышка;
  5. затруднение дыхание, удушье;
  6. боль или дискомфорт в левой половине грудной клетки;
  7. тошнота или абдоминальный дискомфорт;
  8. ощущение головокружения, неустойчивость, легкость в голове или предобморочное состояние;
  9. ощущение дереализации, деперсонализации;
  10. страх сойти с ума и совершить неконтролируемый поступок;
  11. страх смерти;
  12. ощущение онемения или покалывания (парестезии) в конечностях;
  13. ощущение прохождения по телу волн жара или холода.

Интенсивность основного критерия ПА – пароксизмальной тревоги может варьировать в широких пределах – от выраженного аффекта паники до ощущения внутреннего напряжения. Некоторые пациенты отрицают наличие какой-либо тревоги в момент пароксизма и отчитываются только об ощущении внутреннего напряжения (эквивалент тревоги). В последнем случае, когда на первый план выступает вегетативная составляющая, говорят о “нестраховой” ПА или о “панике без паники”. Другие страховые феномены (страх смерти, страх потери контроля) практически не встречаются в структуре “нестраховых” атак. В то же время “нестраховые” атаки, так же как и типичные атаки, приводят к изменению поведения пациента сразу после испытания первых атак. Поэтому в современных классификациях основополагающим для диагностики панического расстройства считается изменение поведения, связанное с атаками. Атаки, обедненные эмоциональными проявлениями, чаще встречаются в терапевтической и неврологической практике. Например, до 40% пациентов, наблюдаемых кардиологами с неишемическими кардиалгиями, имеют панические атаки. Наиболее частые и постоянные соматические симптомы в структуре атаки – кардиальные ощущения (ощущение кардиального ритма, дискомфорт в левой половине грудной клетки или кардиалгии). Кардиальные и другие вегетативные симптомы паники, как правило, оцениваются пациентами как основное и ведущее проявление болезни, в то время как тревожно-фобическая симптоматика зачастую игнорируется. Это приводит к ошибочной диагностике “гипертонического криза” и широкому использованию гипотензивных и антиаритмических средств у данной категории больных. Страх возникновения катастрофических осложнений “гипертонического” криза обусловливает поведение больного, который при появлении любых соматических ощущений измеряет АД. Сама процедура измерения в силу фобического поведения пациента приобретает актуальное значение и может сопровождаться гипертензивной реакцией (так называемая реакция белого халата). Это затрудняет установление истинных уровней АД. Мониторирование АД и ЧСС у больных показало, что имеется некоторая активация этих показателей в периоды атаки тревожного ожидания атаки, а среднесуточные параметры не отличаются от таковых у здоровых лиц. Однако выраженные изменения АД и ЧСС наблюдаются только в развернутых атаках, а у 20% больных субъективные симптомы вообще не сопровождаются объективными вегетативными сдвигами. Для панической атаки не характерен продромальный период (аура). Паникоассоциированные симптомы развиваются внезапно и достигают своего пика в течение 10 минут. Послеприступный период характеризуется общей слабостью, разбитостью. Длительность атаки – также важный диагностический критерий. Кратковременность пароксизма свидетельствует против диагноз ПА. Длительность ПА исчисляется минутами, в среднем 15-30 минут, хотя некоторые пациенты говорят о более длительных приступах. Оценка провоцирующих атаку факторов также может помочь в диагностике. Большинство пациентов отчитываются о спонтанности атак. Однако активный расспрос пациента позволяет выявить наряду со спонтанными атаками и ситуационные приступы, возникающие в потенциально “угрожаемых” ситуациях. Такими ситуациями могут быть пользование транспортом, пребывание в толпе или замкнутом пространстве и т.д. Кроме того, ПА могут провоцироваться приемом алкоголя, недостаточной продолжительность сна, менструацией. ПА возникают преимущественно в состоянии бодрствования (в дневное или вечернее время). Однако у некоторых больных помимо дневных атак встречаются и ночные, возникающие из сна. 18-45% пациентов испытывают ночные атаки на регулярной основе.

Диагностика панического расстройства

Паническое расстройство – нозологическая категория, диагностические критерии которого включают панические атаки, развивающиеся с определенной частотой. ПР часто ассоциировано с агорафобией, развивающейся как осложнение ПР. Диагностические критерии МКБ-10 для панического расстройства содержат следующие пункты:

1. Повторное возникновение панических атак. Для диагностики панического расстройства необходимы как минимум две спонтанные атаки.

2. Панические атаки в течение месяца или более сопровождаются следующими симптомами:

  • постоянной озабоченностью по поводу повторения атак;
  • беспокойством по поводу осложнений атак или их последствий (утрата контроля над собой, тяжелая органная патология);
  • значительными изменениями поведения, связанными с атаками.

3. Возникновение атак не обусловлено непосредственным действием каких-либо веществ или соматическими заболеваниями (аритмия, тиреотоксикоз, гипертонический криз и т.д.), а также психическими заболеваниями. ПР имеет особый стереотип становления и развития симптоматики. Первые атаки оставляют неизгладимый след в памяти больного, что ведет к появлению синдрома тревоги “ожидания” приступа, который в свою очередь закрепляет повторяемость атак. Повторение атак в сходных ситуациях (транспорт, пребывание в толпе) способствует формированию ограничительного поведения, т.е. избегания потенциально опасных для развития ПА мест и ситуаций. Тревога по поводу возможного развития атаки в определенном месте (ситуации) определяется как агорафобия. Нарастание агорафобической симптоматики приводит к социальной дезадаптации пациента. Из-за страха пациенты могут быть не в состоянии покинуть дом или оставаться в одиночестве. Этот синдром наиболее дезадаптирует пациентов, а некоторых полностью “приковывает” к дому. Наличие агорафобии при ПР указывает на более тяжелое заболевание, худший прогноз и требует особой терапевтической тактики.

Стрессовые события и первая паническая атака

Для большинства пациентов первая паническая атака разворачивается как гром среди ясного неба, без видимой причины. Но около 20% пациентов уверенно указывают на стрессовое событие, которое привело к паническому приступу. Сама по себе первая паническая атака становится для пациента чрезвычайным стрессором, особенно если пациент не находит непосредственной причины атаки. Чем более катастрофически оценивается пациентом первая ПА (инфаркт миокарда, удушье и т.д.), тем тяжелее течет заболевание и быстрее присоединяются коморбидные состояния, особенно агорафобия. Еще более осложняется прогноз при подкреплении катастрофической оценки ПА пациентом со стороны медработников. Многие пациенты, впервые испытав ужасающие симптомы паники, прибегают к услуга СМП. Госпитализация такого пациента по 03 подкрепляет его катастрофическую оценку атаки и убеждает в “серьезности” его заболевания. Если же первая атака не оценивается как событие, угрожающее жизни, например, как обоснованная реакция на стресс, то заболевание протекает относительно доброкачественно. Примерно у 60% пациентов за 6 мес до дебюта заболевания верифицируются жизненные события, требующие напряжения адаптационных возможностей. Среди жизненных событий наиболее часто пациенты отмечают угрожающее или актуальное разлучение со значимым лицом и стрессорные события, связанные с профессиональной деятельностью.

Читайте также:  Тонзиллит пробки лечение в домашних условиях

Лечение панического расстройства

Лечение панического расстройства – крайне сложная и ответственная задача как для врача-специалиста, так и для врача общего профиля. Очень часто пациенты трактуют панические атаки как потенциально опасное для жизни заболевание. Это приводит к частым посещениям врача, консультациям у специалистов различного профиля, проведению многочисленных диагностических исследований, что в свою очередь может привести к представлению пациента о трудности диагностики его заболевания. Неверные представления пациента о сути его заболевания ведут к формированию ипохондрических идей, способствуют ухудшению течения болезни.

Лечение необходимо начинать только тогда, когда у пациента имеются повторяющиеся атаки и появляется тревога ожидания. В клинической практике степень тяжести ПР является важнейшим критерием отбора терапевтической стратегии. До начала лечения необходимо оценить частоту ПА, степень агорафобии, наличие и выраженность коморбидных расстройств (депрессии, тревоги, личностных расстройств). Все перечисленные клинические харак- теристики могут влиять на выбор терапии и ее длительность.

При мягком ПР (меньше 4-х ПА) может быть достаточно неспецифической, психотерапевтически направленной беседы с больным. Пациента необходимо информировать о причинах паники и сопровождающих ее симптомов, обучить приемам релаксации, дыхательной техники и попытаться реструктуризировать его катастрофические представления.

Пациенты с ПР ср. тяжести (больше 4-х ПА), тяжелом ПР (больше 10 атак) нуждаются либо в медикаментозной, либо психотерапии. Выбор зависит от наличия компетентной психотерапевтической службы, от намерений пациента, его собственных идей в отношении лечения. Наиболее эффективным методом лечения является комбинация психотерапии и медикаментозной терапии. Большинство клиницистов придерживаются следующего стандарта психофармакотерапии развернутого ПР:

  1. Назначение на длительный срок (до 6 мес) препарата антидепрессанта из группы СйЗС (селективные ингибиторы обратного захвата серотонина). Наиболее эффективными препаратами этой группы являются паксил, золофт, ципралекс, ципрамил. Трициклические антидепрессанты (амитриптилин, кломипрамин) большинством клиницистов в последние годы назначаются реже из-за часто возникающих побочных эффектов, ограничивающих их применение.
  2. Добавление бензодиазепинового препарата на время инициальных 6-8 недель лечения в качестве эффективного “моста” до реализации желаемого эффекта СйЗС. Наиболее предпочтительными препаратами этой группы являются высокопотенциальные бензодиазепины (клоназепам, лоразепам, алпразолам).
  3. В некоторых случаях к СйЗС добавляется малый нейролептик (сонапакс, тералиджен).

Из всех видов психотерапии наиболее эффективным методом для лечения ПР является когнитивная поведенческая терапия (КПТ). Ключевые элементы этой терапии включают разрушение катастрофических представлений, ассоциирующихся с ПА, обучение релаксации и технике контроля дыхания, а также разбор фобических ситуаций. Благодаря КПТ пациенты понимают природу заболевания и приобретают набор стратегий, позволяющих самостоятельно противостоять страхам, образующим ПА, тем самым разрушать повторяющийся порочный круг: тревога ожидания-паника-агорафобическое поведение. Данный метод эффективен примерно у 85% пациентов.

Клинический случай

Из анамнеза. Со слов пациента, у матери на протяжении многих лет панические приступы в метро. Родился от второй нормально протекавшей беременности, раннее развитие без особенностей. В детском возрасте 4-7 лет были страхи темноты. Отмечает, что всегда, сколько себя помнит, был тревожным, впечатлительным, застенчивым, испытывал дискомфорт в общении, особенно при общении с незнакомыми людьми. Нередко по утрам перед уходом в школу при волнении отмечались расстройства со стороны ЖКТ в виде учащенного стула, тошноты, болей в животе. Успешно закончил институт по специальности социология, получил ученую степень кандидата наук, работает на кафедре одного из вузов, занимается научной работой. Женился в 40 лет, есть ребенок, 2 г. Примерно полтора года назад, в осенний период, на фоне стрессовой ситуации (повышенной нагрузки на работе, конфликт с женой) снизилось настроение, с преобладанием тревоги, хуже к вечеру, также отмечалась тоскливость, подавленность, беспокойные мысли о случившемся, особенно переживал конфликтную ситуацию с женой, которая переехала от него с ребенком к своим родителям. Снизился аппетит, за месяц похудел на 3 кг. Резко ухудшился сон, с трудностями засыпания, ранними пробуждениями, спал по 2-3 часа в сутки. Появились нарушения со стороны ЖКТ (частый стул до 2-3 раз в сутки, боли в животе). Однажды в метро при кратковременной остановке поезда в тоннеле внезапно возникла необъяснимая тревога, сопровождающаяся чувством жара в теле, повышенной потливостью, учащенным пульсом, чувством нехватки воздуха, страхом смерти. Приступ длился около 10 мин, отмечалось чувство общей слабости, слабость в ногах, позывы на мочеиспускание. Вышел из вагона на ближайшей остановке, на работу добирался на такси. В дальнейшем в течение последующих нескольких месяцев при поездке в метро стал испытывать страх возникновения подобных приступов, панические приступы в метро стали повторяться, выходил из вагона на ближайшей остановке, добирался на работу наземным транспортом, часто опаздывал, что вызывало дополнительное напряжение. Настроение оставалось сниженным, испытывал постоянную тревогу, подавленность, страх возникновения подобных приступов, усилились боли в животе, стул оставался частым (3-5 раз в сутки, особенно по утрам перед выходом из дома). Появилась сильная тошнота по утрам до приема пищи. Отмечал трудности концентрации внимания, снизилась работоспособность. Самостоятельно принимал валериану, пустырник, глицин — без эффекта. Обратился к терапевту и гастроэнтерологу по м/ж, ЭКГ — без патологии, лабораторные показатели — в норме. Лечение у гастроэнтеролога ощутимого эффекта не принесло, было рекомендовано обратиться к психиатру.

В психическом статусе

На контакт пошел охотно, ориентирован полностью, тревожен, мимика обеднена, говорит тихим голосом, жалуется на панические приступы и страх езды в метро, боится умереть, “сойти с ума”, отмечает сниженное настроение, “ничего не радует”, хуже к вечеру, тревогу, бессонницу, сниженный аппетит, обвиняет себя в конфликте с женой, фиксирован на случившемся. Отмечает расстройства стула, утреннюю тошноту, дискомфорт в ЖКТ, снижение работоспособности, нарушение концентрации внимания. Эмоционально и вегетативно лабилен. Суицидальные мысли отрицает. Расстройств восприятия не выявлено. Критика к состоянию сохранена, согласен, что “нужно лечить психику”, дал согласие на прием психотропных препаратов.

Диагноз по МКБ-10: F41.2 Смешанное тревожное и депрессивное расстройство. F45.3 Cоматоформная дисфункция вегетативной нервной системы с паническими атаками.

Лечение: был назначен Паксил 20мг/сут, Эглонил 100 мг/сут, Альпразолам 1 мг/сут, были даны рекомендации как вести себя во время приступа. Примерно в течение 8-10 дней постепенное улучшение самочувствия в виде выравнивания настроения, уменьшения тревожности, уменьшения дискомфорта со стороны ЖКТ в виде редукции тошноты, уменьшения болей в животе, улучшение аппетита. Сон несколько улучшился, однако сохранялись ночные пробуждения. Примерно на 3 нед. отмечалось видимое улучшение настроения, панические атаки редуцировались, работоспособность понемногу восстановилась. Помирился с женой, постепенно наладилась ситуация на работе. Через месяц Альпразолам был отменен, принимал Эглонил в качестве поддерживающей терапии 100 мг/сут в течение последующих 3 мес., прием Паксила был рекомендован в течение 6 мес. Чувствовал себя хорошо, настроение ровное, панические атаки не возобновлялись. Начал заниматься спортом, приступил к работе над докторской диссертацией, с женой посещал семейного психолога.

Выводы:

  1. Панические атаки – тревожное расстройство, которое чаще всего на- ряду помимо ощущения аффекта страха имеет и ряд вегетативных симптомов, что иногда затрудняет правильную постановку диагноза.
  2. Нередко при отсутствии адекватного лечения происходит утяжеление состояния с развитием агорафобии, что в свою очередь может привести к со- циальной дезадаптации пациента.
  3. Острые стрессовые ситуации или хроническая психотравмирующая ситуация, а также личностные особенностями пациента в преморбиде (преиму- щественно тревожным радикалом), психопатологически отягощенная наслед- ственность – основные факторы в патогенезе возникновения панических атак.
  4. При обследовании пациента врачами общей практики и подозрения наличия у него панических атак пациент должен быть направлен к психиатру для подбора специфической терапии и динамического наблюдения.
  5. В настоящее время доказана высокая эффективность лечения панических атак с помощью СйЗС и психотерапевтических методик.

Г рань между тревогой и панической атакой такая же, как между страхом и ужасом. Кажется, что условная. На самом деле, все испытывали страх, но не все – ужас. Скачок между этими двумя состояниями может быть мгновенным и накрыть в любой момент. Время остановится, организм начнет выходить из-под контроля. Жизнь разделится на «до» и «после».

В связи с этим есть две новости. Хорошая: это состояние проходит. Плохая – оно редко проходит навсегда. Рано или поздно вас накроет вновь.

Панические атаки – пиковое проявление жизни в страхе. Они могут быть одним из симптомов депрессии, тревожного, биполярного, посттравматического или другого расстройства. За ними часто кроется что-то большее, чем небольшие проблемы со здоровьем.

Liga.net рассказывает четыре истории людей, которые с разной степенью успешности преодолевают панические атаки. У каждого из них свой метод борьбы.

В период стресса сильная паническая атака случилась у певицы Яны Шемаевой, больше известной как Jerry Heil. В 2019 году она выпустила хит «Охрана, отмєна» и стала известной. А через полгода написала в инстаграме пост о том, что страдает от панических атак. Его лайкнули 9 000 человек.

Сейчас Яна понимает, что первые отзвуки панических атак почувствовала еще в школе. Тогда ее сковывал страх, когда нужно было пройти мимо большой группы людей. Казалось, что все на нее смотрят, и от волнения она будто забывала, как делать привычные движения.

Нормальные люди ведь как ходят? Правая рука и левая нога у них двигаются синхронно. А я в такие моменты ходила, как робот – правая рука с правой ногой. На глазах выступали слезы, от них и волнения я почти ничего не видела, – вспоминает Яна.

Она не может сказать однозначно, была ли общительным ребенком. Говорит, что в школе «была популярной в узких кругах» – могла открыться близким друзьям, а малознакомых опасалась и боялась показаться им неинтересной. Яне кажется, это связано с двойственностью воспитания: ее папа – экстраверт, а мама – очень тихая и всегда учила дочь «не высовываться». Она же, по воспоминаниям Яны, воспитала в ней комплекс отличницы: девочка всегда переписывала целые страницы в тетради, если там была хоть одна помарка. Сейчас Яна болезненно переживает любые ситуации, в которых она не соответствует ожиданиям важных для нее людей.

Читайте также:  Увеличены гланды у ребенка лечение

В 15 лет девушка поступила в колледж Киевского института музыки имени Глиэра и несколько лет каждый день по пути на учебу проходила через оживленную площадь Льва Толстого. Знакомый со школы сковывающий страх стал сильнее. На подходе к площади у Яны начинало колотиться сердце, становилось трудно дышать, все внутри сжималось, и она старалась проскочить быстрее.

Два года назад Яна училась на втором курсе в Национальной музыкальной академии имени Чайковского и уже полгода мечтала бросить учебу. Останавливало только одно: для родителей это станет драмой. Яна постоянно думала об уходе и в итоге решилась на компромисс – взять академотпуск и сказать родителям, что подумает, чем заниматься дальше. Когда она сообщила о своем решении, родители были вне себя.

– Я приехала домой и почувствовала, что внутри нарастает тревога. Лежала на кровати и в какой-то момент поняла, что больше не могу лежать. У меня колотилось сердце, я почувствовала в себе много какой-то энергии. Мне хотелось высвободить ее. Дома есть старенькое фортепиано, я начала просто бить по его клавишам. Упала на колени, кричала, каталась по полу, гавкала. Я не понимала, что со мной происходит. Внутри просто был страх, и я хотела его выплеснуть. Но ничего не помогало.

Это состояние длилось больше часа. Когда приступ закончился, Яна подумала: «Это не похоже на истерику. Скорее всего, я сошла с ума». Она переживала, что так же подумали и ее родители.

– Они далеки от мира, в котором обсуждают психику и психические расстройства. Не очень позитивно относятся к психотерапевтам. То, что они увидели, оказалось для них за гранью понимания.

Паническая атака происходит без видимой причины и без внутренних предпосылок в организме. Обычно она начинается с незначительных внешних проявлений. Это может быть учащенное дыхание, сердцебиение, повышение давления. Например, человек едет в метро в плохом настроении и с неважным самочувствием. В вагоне спертый воздух, в мозг поступает чуть меньше кислорода, чем обычно. Этого достаточно, чтобы запустить паническую атаку.

– Мозг, и в первую очередь его миндалевидное тело, интерпретирует это как сигнал угрозы, – объясняет психолог Евгений Пилецкий, работающий по методу когнитивно-поведенческой психотерапии. – Мозг реагирует так, будто сейчас случится инсульт, инфаркт, безумие или что-то ужасное. Человек чувствует волну адреналина, у него пересыхает во рту, начинают трястись руки и ноги, повышается давление. Мозг снова интерпретирует это как сигнал, что его владелец задыхается, умирает, сходит с ума. Так и происходит паническая атака. При этом с организмом все в порядке, есть только ложная интерпретация мозга, которая приводит к таким проявлениям.

Если панические атаки происходят у человека с определенной периодичностью – от нескольких раз в год до нескольких раз в день, у него могут диагностировать паническое расстройство. По Международной классификации болезней ВОЗ, оно относится к типу тревожных расстройств.

Когда у человека случается первая паническая атака, в большинстве случаев он не понимает, что произошло. И начинает бояться, что это случится снова. Страх провоцирует новую паническую атаку. Примерно то же происходит с человеком, которому говорят «Не нервничайте» – он начинает волноваться еще сильнее.

– Тот, у кого уже была паническая атака, пытается избегать всего, что может снова к ней привести, – рассказывает заведующий отделением первичного эпизода Харьковской областной клинической психиатрической больницы № 3 Дмитрий Мангуби. – Если первая атака случилась в метро, он ни за что не спустится в подземку. Если в лифте – будет ходить пешком на любой этаж. Даже новости о том, что где-то оборвался трос лифта, смогут спровоцировать паническую атаку.

В полпервого ночи в харьковском студгородке за третьекурсницей механико-технологического факультета гонится мужчина. Она бежит изо всех сил, хватает ртом зимний воздух, скользит по льду. Мужчина догоняет и начинает душить. Она бьет его куда ни попадя, вырывается, бежит, падает, рвет колготки, подымается и снова бежит. Она кричит «Помогите», стучит в окна и двери закрытых общежитий. 20-летняя Катя переводит дух, только когда оказывается за закрытой дверью.

До этого дня Катя ничего не боялась. Ходила в темноте в наушниках, возвращалась в общежитие на последнем метро, никогда не оглядывалась по сторонам и не думала об опасностях. Теперь она купила газовый баллончик, перестала выходить одна на улицу после наступления темноты, начала просить знакомых провести ее или вызывать такси. Безопасность стала одной из главных ценностей и осталась ею, даже когда воспоминания о погоне померкли.

Прошло семь лет, и страх, что на улице может случиться что-то плохое, внезапно вернулся. Осенью 2019 года Катин муж на несколько месяцев поехал по работе в США, и она отправилась вместе с ним.

Там у девушки было много свободного времени, она часто гуляла со знакомой. В один из таких дней они решили пойти в парк, но заблудились и оказались в промзоне. С одной стороны было огражденное железной сеткой болото, с другой – ремонтная база. Кате стало не по себе, она предложила знакомой вернуться, но та отмахнулась: «Мы уже на полпути». Катя вжала голову в плечи и решила просто идти, смотреть на землю перед ногами и ни о чем не думать. Когда ремонтная база с одной стороны дороги сменилась частными домами за высоким забором, Катя обернулась.

– Я увидела двух темнокожих мужчин, которые идут за нами, – вспоминает девушка. – Они выглядели, как бездомные. Вокруг никого. Английский я знаю плохо. Как кричать, что на нас нападают – не знаю. Мне стало дико страшно, и я предложила знакомой перелезть через забор на частную территорию, хотя в Америке с этим очень строго, владелец дома может даже выстрелить в тебя, если посчитает, что ему что-то угрожает. Но мне было все равно. Для меня это было лучше, чем идти непонятно куда и сколько.

Она была на пределе напряжения. Думала только о том, что сейчас их убьют, изнасилуют, ограбят. Ей казалось, что сердце выпрыгнет из груди, руки и ноги тряслись, при этом она чувствовала какое-то оцепенение. Напряжение отступило только когда девушки вышли к дороге. Идя вдоль проносящихся мимо машин, Катя почувствовала себя в относительной безопасности – и выжатой, как лимон.

Вечером дома девушка не смогла расслабиться. Ночью ей снилась промзона и шаги двух мужчин за спиной. Утром она проснулась и поняла, что у нее онемели руки и ноги. Это не прошло ни в тот день, ни на следующий, ни через еще один. Катя решила, что это что-то с сосудами. Пошла на массаж, и вроде бы все прошло. В следующие три недели у нее постоянно что-то болело – то зуб, то желудок, то ухо. Она не понимала, что происходит, сутками ходила то по квартире, то по улице и думала, что со здоровьем что-то ужасное.

Однажды утром она проснулась и почувствовала в груди раскаленный шар. Что-то жгло и давило. Не помогало ни сходить в душ, ни полежать, ни пройтись. Катя промаялась до обеда, а потом вышла в магазин. По пути обратно позвонила знакомой психотерапевтке. И тут началось.

– Сильный жар в груди, все трясется, сердце колотится. Очень плохо и кажется, что это никогда не закончится. Что единственный выход – что-то с собой сделать, потому что жить с этим жжением я не смогу. Я сказала психологу: «Света, пожалуйста, не отключайся. Я не выдержу». Она посоветовала взять бумагу и писать все, что меня беспокоит. Не помню, как, я очутилась возле озера с листами А4. За 40 минут исписала листов восемь, и все это время меня трясло, шар в груди жег все сильнее. Я думала, что умру.

По совету психолога, Катя сожгла листы со своими переживаниями. Ей стало легче. Чтобы отвлечься, по пути домой она пела песни. Ей было все равно, что подумают другие. Дмитрий Мангуби говорит, что так происходит инициация человека в панические атаки.

Панические атаки – достаточно частое явление. В разные периоды жизни их переживают от 2 до 5% людей. Мангуби рисует субъективный портрет пациента, который обращается к нему с паническими атаками:

– Это девушка 25-35 лет, гуманитарного склада, с высшим образованием. Замужем, чаще всего без детей, с ухоженной внешностью. Работает наемным сотрудником, находится в процессе карьерного роста, по работе часто общается с людьми. У нее нормальная самооценка, и поэтому она внимательно следит за здоровьем. Возможно, есть ипохондрические черты. Она мнительная и переживает о том, как ее воспринимают другие. Часто склонность к тревожности передается ей от мамы или бабушки.

Портрет достаточно размытый и основывается на личных наблюдениях Мангуби. Он говорит, что в последние годы пациентов с паническими атаками становится больше. Возможно, из-за распространения интернета – люди начинают гуглить свои симптомы, и тревожность растет.

Панические атаки могут быть реакцией на стресс. Иногда они начинаются во время или сразу после него, а иногда – через какой-то период. Человеку кажется, что уже все хорошо, он спокоен, но организм помнит о стрессе и может отреагировать панической атакой.

Длительные периоды панических атак были у 28-летней журналистки Юлианы Скибицкой дважды – в 2017 и 2018 годах. Первая сильная атака осенью 2018 года произошла в автобусе. Все последующие начинались по тому же сценарию. Юле внезапно стало страшно, она будто почувствовала удар по голове. От макушки до кончиков пальцев на ногах прошла волна – теплая, но неприятная. В районе солнечного сплетения появилось сильное чувство тревоги. Юле захотелось бежать. Но некуда – автобус едет, люди вокруг компостируют талоны, ничего не происходит. Девушка поняла, что это паническая атака, и решила перетерпеть.

– Это длилось минут пять-семь. Адреналин, давление, потные ладони. Меня трясло, сильно пересохло в горле. Я продолжала сидеть на месте, а внутри были жесть и страх, – вспоминает Юля.

Ссылка на основную публикацию
У кареглазых родителей родился сероглазый ребенок
Почему у кареглазых родителей рождаются голубоглазые дети Как узнать цвет глаз ребенка Как узнать цвет глаз будущего ребенка Принципы наследования...
У декоративного кролика глисты
Глисты — это серьезное заболевание. И оно не минует кроликов. Сами знаете, что глисты могут появиться чуть ли не из...
У детей боли в животе после еды причины лечение
Зачастую родители могут столкнуться с такой ситуацией, когда у ребенка возникают боли в желудке. Когда у ребенка болит желудок, что...
У кого 46 хромосом кроме человека
В этом списке приведены различные организмы (растения, животные, протисты) с указанием числа хромосом. Приведён диплоидный набор хромосом (2n). Содержание 1...
Adblock detector